«Катынский вопрос» имеет крайнюю политизированность и токсичность, активно используется оппонентами России для дискредитации нашей страны. На протяжении последних трех десятилетий наша страна занимала позицию извиняющегося за несовершенное катынское преступление, полностью утратив такое базовое понятие, как историческое достоинство.

«Катынское дело» — история расстрела в начале Великой Отечественной войны в урочище Козьи горы под Смоленском польских военнопленных – в настоящее время является одним из наиболее изощренных и опасных инструментов ведущейся против РФ информационной «гибридной» войны, активно используемый властями нынешней Польши и коллективным Западом, как средство в прошлом антисоветской, а теперь антироссийской пропаганды, наносящей серьезный ущерб репутации и авторитету России.

Как важная составляющая этой войны, тема «Катыни» также активно используется для фальсификации и переписывания истории Второй мировой войны с целью не только принизить решающую роль Советского Союза в разгроме фашизма, но и возложить на нашу страну равную с фашистской Германией ответственность за развязывание этого крупнейшего военного конфликта ХХ века.

За последние десятилетия проведено значительное количество экспертных мероприятий, посвященных сложным вопросам российско-польских отношений.  Коллективные усилия общественных активистов, ученых, политиков и прочих исследователей катынской темы как в России, так и за рубежом демонстрируют востребованность дискуссии о катынской трагедии, а последовавшие оценки говорят о возрастающем интересе общества к истории нашей страны и стремлении во имя достойного будущего России бороться с фальсификациями, искажающими исторические факты.

Результаты тщательно проведенных исследований, в совокупности с обнародованными в последние годы архивными документами полностью подтверждают вину нацистской Германии за катынский расстрел и фальсификацию советской вины. Доказательства таковы:

• Министерством юстиции РФ в 2010-12 гг. в связи с рассматривавшимся в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) делом «Яновец и другие против России», в ЕСПЧ были направлены Меморандумы, отражающие официальную позицию России по «Катынскому вопросу», главные выводы которых сводятся к следующему:

— Никаких документов, подтверждающих расстрел поляков – равно, как и вынесения самого смертного приговора – в ходе проведенного расследования не обнаружено, т.е. факт их расстрела СССР не доказан и дальнейшая их судьба юридически «достоверно не установлена»;

— Существуют только «этапные» списки, свидетельствующие о доставке польских военнопленных из Старобельского, Осташковского и Козельского лагерей в распоряжение УНКВД по Харьковской, Тверской и Смоленской областям, которые сами по себе доказательством их расстрела не являются;

— «Польская часть мемориального комплекса «Катынь» (Смоленская область) была сконструирована и изготовлена в Польше без обращения в Главную военную прокуратуру РФ для получения официального списка жертв расстрела», что означает, что «персональные таблицы с именами погибших» в Катынском комплексе «не могут считаться доказательством каких бы то ни было фактов», т.е. официально признанным юридическим фактом для нас не являются. Этот вывод полностью применим и к мемориальному комплексу «Медное» (Тверская область) и дает основание заявлять о юридической ничтожности для РФ содержащихся на памятных объектах комплекса сведений.

• Выводы работавшей в Смоленской области в 1944 году советской правительственной комиссии, возглавляемой Н.Н. Бурденко, полностью доказали вину нацистской Германии в массовом расстреле польских граждан. Несмотря на пересмотр при М.С. Горбачеве позиции СССР по «катынскому вопросу», никаких решений по дезавуированию результатов работы комиссии под руководством Н.Н. Бурденко на сегодняшний день нет. Результаты ее работы таковы:

— Расстрел в Смоленской области произведен из немецкого оружия (немецкие гильзы были в изобилии найдены в местах захоронений). На Нюрнбергском процессе фигурировала телеграмма, в которой «местные власти» констатируют этот очевидный «немецкий след».  Телеграмма была направлена весной 1943 г. одним из советников Польского генерал-губернаторства главному административному советнику Вайрауху в Краков. В ней говорилось, что во время эксгумационных работ, которыми руководил доктор Герхард Бутц, служащими польского Красного Креста были найдены пули и гильзы немецкого производства.

— У многих расстрелянных под Смоленском  руки были связаны бумажным шпагатом, который в Советском Союзе тогда не производился. Вряд ли бумажный шпагат закупался СССР за границей специально  для  связывания  рук  пленным полякам…

— Практически у всех, кто был опознан среди эксгумированных немцами расстрелянных, были найдены документы: паспорта, удостоверения офицеров, наградные документы, награды, справки, письма, открытки – одним словом всё, что позволяло их идентифицировать. При этом в НКВД существовала специальная инструкция, которая предписывала изымать у приговоренных к высшей мере все предметы, которые позволяли бы их идентифицировать.

• Решением Нюрнбергского трибунала 15 руководителей нацистской Германии признаны виновными, в том числе, за    убийство  в сентябре 1941 года в Катынском лесу под Смоленском 11 тысяч польских военнопленных.
• Вступившие в законную силу судебные решения об отказе в удовлетворении требований правозащитников признать незаконным демонтаж мемориальных табличек на бывшем здании УНКВД Калининской области в г. Твери. Ранее в мае 2020 года на основании представления прокуратуры Тверской области таблички в память о расстрелах польских граждан были демонтированы в связи с необоснованностью и незаконностью их установки.
• Выводы польской комиссии, проводившей в 2011-2013 гг. на Западной Украине археологические раскопки массовых захоронений жертв немецких карателей под Владимиром-Волынским. Там были найдены жетоны польских полицейских Людвига Маловейского и Йозефа Кулиговского, которые, согласно польской версии, были расстреляны в Калинине и погребены на территории мемориального комплекса «Медное», где установлены их именные таблички. Это обстоятельство, свидетельствует о том, что польские военнопленные из Осташковского лагеря в 1941 году находились на Западной Украине, оккупированной немцами, где были расстреляны нацистскими карателями.
• В 2023 году Управление ФСБ РФ по Ленинградской области рассекретило показания военного преступника, бойца немецкого батальона «специального назначения» Арно Дюре, который непосредственно участвовал в захоронении поляков под Смоленском в 1941 году. Он показал, что лично участвовал в организации казни: «Днём мы спали, а вечером и ночью работали, рыли ямы. Части СС привозили людей на автомашинах и сбрасывали в ров глубиной 15-20 метров». Также УФСБ России по Смоленской области рассекретило показания свидетелей Ф. Юрашека и Г. Курта, в которых подтверждаются факты фальсификаций нацистской Германией материалов по «Катынскому расстрелу».
• В апреле 2024 года Управление ФСБ РФ по Смоленской области рассекретило архивные документы о преступлениях, совершенных нацистами на территории региона в годы Великой Отечественной войны. В их числе материалы о казнях поляков и фальсификации германскими спецслужбами катынского дела:

— Из показаний уроженца Польши Эдуарда Потканского, который служил в рабочем батальоне, сформированном немцами из поляков в лагере при станции Красный Бор в Смоленской области, следует, что летом 1943 года немцы решили показать его подразделению могилы польских офицеров в Катынском лесу. «По словам немцев, в этих могилах лежало до 12 тыс. расстрелянных польских офицеров, а еще до 3 тысяч человек находятся в другом месте, и могилы эти еще не открыты», — вспоминал Потканский. Возле могил, по его словам, лежали офицерские вещи, польские деньги, личные письма и документы расстрелянных офицеров. «Все эти вещи и в особенности личные документы и деньги были в таком виде, в каком они никак не могли сохраниться в земле с 1939 года» когда, согласно заявлениям нацистов, сотрудники НКВД расстреляли польских офицеров. «Деньги, например, были еще совершенно новые и как будто не находились в обращении», — отмечал поляк.

— Из показаний военнопленного Романа Ковальского, также служившего в рабочем батальоне и посещавшего массовое захоронение в Катынском лесу, следует, что «по большинству трупов расстрелянных было видно, что это совсем недавние жертвы». «В опубликованных списках расстрелянных польских офицеров в Катыни многие из нашего рабочего батальона нашли среди фамилий убитых своих знакомых, арестованных еще раньше гестапо и отправленных в концентрационные лагеря в Германии», — подчеркнул он.

— Из показаний обер-ефрейтора германской армии Вальтера Эбера, отвозившего польских военнопленных на расстрел,  следует, что немецкие военные в 1942 году расстреливали польских солдат и офицеров в Смоленской области, а потом перевозили их тела в Катынский лес. Всего, по его показаниям, на «20 шеститонных автомашинах туда направили около 1 тыс. военнопленных», «На каждую автомашину было погружено по 50 человек польских военнопленных солдат и офицеров, которые в пути следования охранялись немцами из полевой жандармерии и войск СС» …  «По прибытии к лесу, что в 18 км по шоссе от города Смоленска на город Вязьму, польские военнопленные солдаты и офицеры с машин разгружались и под конвоем жандармов и солдат из войск СС направлялись в лес, где расстреливались из пулеметов».

— Из рассекреченных показаний Людвига Шнейдера — участника международной комиссии, работавшей под руководством штандартенфюрера СС Герхарда Бутца в 1943 году в Смоленской области в местах массовых захоронений польских граждан, следует, что «Поляки расстреляны немцами, а расследование является инсценировкой, преследующей цель свалить вину за эти расстрелы на русских». Л. Шнейдер подробно рассказал, как в этих целях Г. Бутц заставлял членов комиссии подделывать результаты различных экспертиз.

• Доктор медицинских наук, врач-судебно-медицинский эксперт высшей квалификационной категории Иван Дубровин исследовал материалы, обнародованные работавшей в Смоленской области комиссии Г. Бутца и пришел к следующему выводу: «При немецком вскрытии могил в апреле-мае 1943 года описанные характеристики гнилостных соединений в трупах соответствуют давности менее трех лет. И, соответственно, не могут быть отнесены к расстрелу, произведенному в 1940 году в апреле-мае месяце. Поэтому немецкая версия о расстреле поляков сотрудниками НКВД в 1940 году не находит своего подтверждения. Данные факты свидетельствуют о расстреле поляков немецко-фашистскими захватчиками в 1941–1942 гг. в период их оккупации Смоленской области.
• Полковник юстиции С. Габовский, бывший следователь Главной военной прокуратуры РФ, лично участвовавший в расследовании «катынского» уголовного дела, 19 апреля 2010 г. на «круглом столе» в Госдуме РФ заявил, что в начале 1990-х гг. он направил запрос в Центральный Архив КГБ СССР с просьбой предоставить сведения об уголовных репрессиях в отношении «военнопленных» поляков. В ответ ему прислали несколько десятков подлинных архивных уголовных дел польских военнопленных, считавшихся расстрелянными в 1940 г., но находившимися в этом и в первой половине следующего года в советских тюрьмах. Среди этих «воскресших» поляков были военнопленные не только из Осташковского лагеря НКВД, но и из других лагерей.

Приведенные выше аргументы в полной мере дают основания для пересмотра озвученных за последние десятилетия оценок о вине нашей страны за катынский расстрел. В этой связи с учетом вышеизложенного для восстановления исторической справедливости просим рассмотреть данный вопрос депутатами Государственной Думы ФС РФ для принятия и обнародования заявления, соответствующего объективным историческим фактам.

В результате трехмесячного марафона удалось собрать необходимые 100 000 рублей. Свой вклад внесли десятки граждан России и зарубежья, благодаря чему проект стал международным. В очередной раз нашу инициативу поддержала руководитель Славянского союза Болгарии Алла Гигова. Нам также помогли известный публицист Анатолий Вассерман и депутат Государственной Думы ФС РФ Алексей Чепа.
Проект стартовал 3 месяца назад, количество пожертвований вместе с интересом к проекту возросли после прошедшей в ноябре в городе Осташкове Тверской области конференции, организованной Российским военно-историческим  обществом по теме сложных вопросов российско-польских отношений.
Это уже третий успешный проект по сбору народных денег,  ранее таким же  образом — через сеть Интернет-  дважды были найдены  средства на издание  книг американского профессора Гровера Ферра, разоблачивших ложь о вине СССР в «катынском преступлении». Популярность этой темы говорит о возрастающем интересе общества к истории нашей страны и стремлении бороться с фальсификациями, искажающими факты.
Сейчас происходит рассмотрение предложений от студий, пожелавших поучаствовать в изготовлении фильма.

Иинициатор проекта, руководитель общественной организации «Стражи Победы» Максим Кормушкин.

13 июля 2020 года в Тверь пожаловали представители телеканала «Deutsche Welle«.  Одним из поводов послужил майский демонтаж мемориальных табличек со здания Тверского медицинского университета. В прошлом году прокуратура Центрального района Твери провела проверку и решила, что мемориальные таблички на здании академии установлены незаконно, поскольку нет и не было оснований для их установки.

На меня вышли журналисты телекомпании и попросили об интервью. Правда почему-то их интересовала версия, выданная в день снятия табличек, американским изданием «Радио Свобода». Почему немецкие журналисты выбрали именно эту версию я догадывался, но когда я спросил их об этом напрямую, получил ответ, что мол, ну ладно, пусть мы не владеем полной информацией, но мы хотим разобраться, «получить информацию из первых рук». Ну пусть будет так.

Интервью прошло недалеко от памятника танковому экипажу Степана Горобца. Журналисты вели себя доброжелательно и были искренне заинтересованы в том, чтобы узнать, как все было на самом деле. 

Я им рассказал, что цифра 6311 памятных табличек на мемориала «Медное» по числу, якобы там захороненных поляков, не поддтверждена никакими документами. Цифра взята из пересыльных списков поляков, содержавшихся в Осташковском лагере, которые не являются подтверждением их убийства.

Показания бывшего руководителя УНКВД по Калининской области, Токарева, на которые постоянно ссылаются сторонники альтернативной версии, в ходе расследования Главной Военной Прокуратурой следственным экспериментом не проверялись, очевидно, чтобы не быть разоблаченными.

Документы из «пакета номер один», как основное доказательство вины И.Сталина, по итогам экспертизы оказались подделкой.

Некоторых поляков из Осташковского лагеря нашли польские археологи во время раскопок на Украине под Владимиром Волынским, причем в местах жертв фашистов.

После интервью, в котором я озвучил всем известные факты о событиях 7 мая, я спросил, неужели они приехали сюда, чтобы снова выслушать эту историю. Однако, как выяснилось, что приехали они не только для этого. Их привлекла также история вокруг граффити с Солженицыным.

Для тех, кто не в курсе, скажу, что недавно в Твери закрасили граффити с портретом Солженицына и надписью «Жить не лжи». При этом, естественно, не уточнялось, кому надо жить не по лжи и как согласуется этот совет со всем известным принципам, что пример надо подавать не лично, а не читать людям лекции на эту тему. Какой пример может подать «правдоруб», заявлявший о 66 миллионах репрессированных советских, остаётся только догадываться.

Пришлось рассказать немецким коллегам и об этой темной стороне с миллионами выдуманных жертв. Ждём репортаж телеканала и то, насколько действительно им удалось разобраться в трёх соснах: двух табличках и Солженицыне.

В Твери завершилось нашумевшее дело о демонтаже незаконно установленных мемориальных досок в память жертв НКВД. Они висели на здании Тверского государственного медицинского университета (ТГМУ) с начала 90-х годов. Снять их распорядилась прокуратура Центрального района города Твери ещё в прошлом году.

Непосредственно снятие мемориальных табличек обеспечили сотрудники ООО ГУК Центрального района Твери. Её директор Александр Кукушкин пояснил, что работы проводятся по заказу администрации города, которая, в свою очередь, исполняет представление Прокуратуры Центрального района Твери.

— Прокуратура провела проверку и выяснила, что мемориальные доски были размещены в начале 90-х годов без соответствующих оснований. В итоге было вынесено представление об их демонтаже. Сегодня мы его исполняем, – сказал Власов. По его словам, демонтированные доски будут переданы представителям общественности города Твери.

После проведения демонтажных работ одна из досок отправилась на хранение в ТГМУ, а вторую, сообщающую о гибели поляков в этом здании, забрал на хранение общественный деятель Максим Кормушкин.

Он пояснил, что когда в прошлом году прокуратура вынесла своё представление о снятии незаконно установленных табличек, он сразу поставил вопрос о том, кому они принадлежат. Выяснилось, что мемориальную табличку в память погибших польских граждан изготовила и установила организация «Катынские семьи» (Польша).

Видимо, эта организация и является владельцем таблички. Но никаких попыток поучаствовать в дальнейшей судьбе мемориальной доски не предпринималось ни со стороны польских организаций, ни со стороны их российских коллег.

Максим Кормушкин заверил, что демонтированная табличка будет храниться в достойных условиях, пока не будет востребована законными представителями её владельца. Он сказал, что связаться с ним очень просто через социальные сети и он готов к общению в любое время.

Интересное наблюдение. Первая мемориальная доска, которая была посвящена жертвам НКВД, сделана из гранита. Её установили в 1991 году и крепили на совесть, видимо, ещё по советским стандартам. На её демонтаж было затрачено больше времени.

Польская табличка исполнена из металла и выглядела более внушительно. Но на деле оказалось, что это чеканка, пустая внутри. Присутствующие отметили, что это символично: пустая табличка изнутри с пустым содержанием. Максиму Кормушкину не потребовалась посторонняя помощь, чтобы вынести её самостоятельно и погрузить в машину.

Напомним нашим читателям суть проблемы. Обе мемориальные доски были установлены в начале 90-х годов ХХ века на здании ТГМА (ныне медицинский университет) по адресу: ул. Советская, дом 4. Одна из них имела следующее содержание: «Памяти поляков из лагеря Осташков убитых в Калинине ради предостережения мира».

К этой доске уже привыкли и считали, что она отражает исторически сложившуюся реальность. Так почему же у прокуратуры возникли вопросы?

Прокуратура Центрального района Твери разъясняет: не найдены документы, подтверждающие, что поляков – заключённых из Осташковского спецлагеря – расстреливали в здании на улице Советская, 4.

А ведь ежегодно к табличке приходили поминать жертв репрессий. И для многих наличие такого знака уже стало фактом и символом, хотя, как выяснилось, скорее всего, это была историческая мистификация.

Как правило, споры вокруг гибели поляков и их захоронения под Медным на территории бывших дач НКВД ведутся по принципу верю – не верю.

Документальных доказательств расстрела более шести тысяч польских военнопленных их Осташковского лагеря никто пока не предъявил. Сама цифра жертв взята из пересыльных списков, но сторонники версии вины СССР в гибели поляков считают их расстрельными.

То есть всех, кто пересылался из Осташкова в Калинин, оптом записали в жертвы. Ну и наконец, раскопки в предполагаемом месте захоронения военнопленных под Медным желаемых результатов не принесли. Но ни о каких шести тысячах останков речи не шло в принципе.

Польское дело расследовала Главная военная прокуратура РФ. Его итоги подытожил Минюст в 2010-2012 годах в своих Меморандумах, направленных в ЕСПЧ. В них фигурируют всего 16 поляков, которые были обнаружены при эксгумациях 1991 года.

В своём представлении прокуратура не ссылается на меморандумы Минюста, но фактически их подтверждает.

Ясно одно, что история польских военнопленных из Осташковского лагеря не завершена. Судьбу этих людей предстоит выяснить непредвзятым историкам. На данный момент точно можно сказать, что двое из заключенных – Маловейский и Кулиговский – окончили свои дни на Западной Украине, в городе Владимир Волынский в 1941 году.

Здесь в общей могиле польские археологи нашли их личные идентификационные жетоны. В могиле кроме них нашли останки женщин и детей. Установлено, что всех их убили фашисты в начале войны. Между тем именные таблички Маловейского и Кулиговского установлены на мемориале «Медное» и их гибель приписывают злому Сталину, устроившему «большой террор».

Очевидно, что точку в этой истории ставить пока рано. Тем более, что в этом году удалось документально доказать наличие на территории мемориала «Медное» советских воинских госпитальных захоронений. В августе прошлого года на тот момент председатель Совета при президенте по правам человека Михаил Федотов во время своего визита в Тверь подтвердил этот факт и заявил, что места захоронения погибших защитников Отечества должны быть достойно увековечены.